Стенограмма и материалы заседания Госдумы от 31.10.1997 № 2674

Непроизнесенные выступления 31 октября 1997 г.

Состояние
Состояние уточняется
Принят
31.10.1997
№
2674

Источник: transcript.duma.gov.ru

ТЕКСТЫ непроизнесенных выступлений Гонжаров О.П., фракция "Наш дом - Россия". Уважаемый Геннадий Николаевич, уважаемые депутаты! Великий английский мыслитель Иеремия Бентам в своем сочинении "Тактика законодательных собраний", ставшем настольным пособием для многих поколений парламентариев, отмечал, что искусство законодателя ограничивается устранением всего, могущего вредить свободному и планомерному выполнению их функций. В качестве главных недостатков законодательных собраний И.Бентам считал, в частности, бесполезное решение, недобросовестность, поспешность, подлог. При рассмотрении сегодня Государственной Думой вопроса об обращении Государственной Думы "К гражданам Российской Федерации в связи с 80-летием Великой Октябрьской социалистической революции" уважаемый председательствующий, то есть Геннадий Николаевич Селезнев, допустил, как мне кажется, несколько нарушений Регламента, которые соответствуют упомянутым выше недостаткам законодательных собраний. Но в любом случае он проявил недобросовестность, под которой следует понимать, как писал Бентам, действия, отклоняющиеся от абсолютной честности в приемах политического собрания, тогда как добросовестность должна быть его душой. Не знаю, проистекают ли недостатки в деятельности спикера (спикера, Геннадий Николаевич, спикера, а не Председателя палаты, так как Председатель должен проявлять именно добросовестность и быть беспристрастным судьей в дискуссиях) из-за его партийных пристрастий, но факт остается фактом: была нарушена по крайней мере статья 43 Регламента, дающая право депутатам вносить предложения по обсуждаемым вопросам. Вообще говоря, моей целью является не уличение спикера в пристрастии (по-моему, это видно и невооруженным глазом, так как во многих других случаях он без тени смущения позволял делать то, что не позволил сделать мне, а именно внести и поставить на голосование конкретное предложение), но высказать свое несогласие с действиями Геннадия Николаевича Селезнева я обязан, дабы напомнить ему о необходимости Председателя защищать себя от всякого подозрения в пристрастии. Уважаемый Геннадий Николаевич! С удовольствием презентую вам книгу Бентама (правда, в электронном варианте), в которой также говорится: "Чем более будут процветать в собрании разум и истинное сознание свободы, тем оно будет ближе к совершенству. Члены его явятся тогда во всеоружии своих способностей и вместо ослабления и стеснения друг друга будут оказывать взаимную помощь и двигаться ровным шагом к определенной цели." (Выделено мной - О.Г.) Надеюсь, что мои слова не задели ни самолюбия Геннадия Николаевича, ни кого бы то ни было из присутствующих здесь депутатов. Благодарю за внимание. Гонжаров О.П., фракция "Наш дом - Россия". Уважаемые депутаты! В Послании Президента России Федеральному Собранию 1997 года отмечалось, что контроль за естественными монополиями (в том числе железнодорожным транспортом) - одна из важнейших задач государства, поскольку естественные монополии стали одним из основных источников неплатежей, а высокие цены и тарифы на услуги монополий существенно ограничивают потенциал развития и конкурентоспособности российской промышленности. В свете сказанного можно было бы ожидать, что представленный в Думу проект Устава железных дорог будет основываться на принципах, которые логично вытекают из содержания Послания Президента. Этого, однако, мы не наблюдаем. В представленном к рассмотрению проекте новой редакции Устава железных дорог Российской Федерации, несомненно, нашел отражение ряд позитивных моментов регулирования взаимоотношений предприятий железнодорожного транспорта и пользователя его услуг. Вместе с тем сохранена жесткая монопольная вертикаль как в вопросах управления предприятиями железнодорожного транспорта, так и в вопросах ценообразования по услугам, оказываемым железными дорогами, порядка взаиморасчетов с клиентами (ст. 36), практически исключающего использование нормальных договорных отношений и обеспечивающего определенный диктат перевозчика (производителя услуг) по отношению к потребителю этих услуг. С принятием закона "О федеральном железнодорожном транспорте" и Гражданского кодекса, которыми железнодорожный транспорт был отнесен к транспорту общего назначения, а договор перевозки железнодорожным транспортом признан публичным договором, встал вопрос о правовой природе нового Устава железных дорог. Следует отметить, что названным федеральным законом в значительной мере урегулированы вопросы, касающиеся государственного управления деятельностью железнодорожного транспорта. Остальной комплекс вопросов, касающихся отношений железной дороги с клиентами в части перевозки, хранения, реализации грузов, аренды транспортных средств и так далее, должен, несомненно, регулироваться гражданским законодательством. Отсюда следует, что природа Устава железных дорог должна быть гражданско-правовой. Что касается мер государственного регулирования, то они должны применяться только в целях законодательных ограничений, обусловленных монопольным положением железнодорожного транспорта, и одной из таких мер является ограничение ведомственного нормотворчества со стороны железной дороги. В целом представленный документ представляет собой, по сути, не устав как таковой, регламентирующий порядок взаимоотношений по вертикали и горизонтали, разделение полномочий по уровню управления, механизм взаимодействия с иными структурами, в том числе с органами государственной власти федерального и регионального уровней, а фактически свод правил и нормативов по перевозке грузов и пассажиров с жестко зафиксированными в законодательном порядке техническими и технологическими нормами, подкрепленными фиксированными штрафными санкциями. Несмотря на продекларированные в пояснительной записке положения о целях принятия этого закона как механизма регулирования взаимоотношений между двумя сторонами (хозяйствующими субъектами), задействованными в процессе перевозок, органами государственного управления и контроля, в нем полностью отсутствует механизм взаимодействия по данным вопросам с органами государственного управления транспортом субъектов Российской Федерации. Особенно наглядно это прослеживается по разделу "Перевозка пассажиров, багажа и грузобагажа", в котором полностью отсутствует раздел о полномочиях органов государственного управления транспортом как федерального, так и регионального уровня в вопросах тарифной политики, стратегии сохранения и развития пассажирских перевозок с учетом местных условий. Практически все эти вопросы, в том числе и по грузовым перевозкам, вопросам обеспечения безопасности движения, централизованы на федеральном уровне вне какой-либо связи с органами исполнительной власти на местах, даже на уровне предварительных согласованных решений, находящихся в компетенции и принимаемых непосредственно на местах руководителями железных дорог. Этот вопрос, как, впрочем, и вопрос взаимодействия структур МПС на местах с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации в организации перевозок пассажиров и грузов, тарифной политики, регламентации порядка взаиморасчетов, функционирования сети дорог на территориях, в свете реализации основных направлений структурной реформы железнодорожного транспорта, утвержденных Указом Президента от 28 апреля 1997 года ј 426 "Об основных положениях структурной реформы в сферах естественных монополий", должны, на наш взгляд, найти наиболее полное отражение в разрабатываемом документе. Теперь ряд существенных замечаний по наиболее важным, на наш взгляд, статьям Устава. Статья 5, которая касается такого нормативного акта, как правила перевозок грузов по железным дорогам. Предоставление МПС права утверждать эти правила, как мы считаем, создает возможность ущемления интересов грузовладельцев и иных клиентов, которые прибегают к услугам дороги. Думается, что полномочия по утверждению данных правил следует возложить на Правительство Российской Федерации. Статья 7, посвященная порядку установления тарифов. На наш взгляд, порядок утверждения тарифов, который в соответствии с требованиями Гражданского кодекса Российской Федерации должен быть предусмотрен Уставом железных дорог, не содержит ответы на следующие вопросы: во-первых, какой орган исполнительной власти устанавливает тарифы и, во-вторых, на основании каких принципов определяется государственная тарифная политика на железнодорожном транспорте? Ни на один из этих вопросов проект Устава не отвечает и, более того, дает возможность МПС бороться за право самостоятельного установления тарифов. На основании изложенного считаем, что рассматриваемый законопроект нуждается в дополнительной доработке с учетом основных направлений реформирования железнодорожного транспорта и принятие его в предложенной редакции нецелесообразно. Злотникова Т.В., председатель Комитета Государственной Думы по экологии, фракция "ЯБЛОКО". Уважаемые депутаты! В мае 1997 года для всестороннего изучения проблемы безопасности уничтожения химического оружия Комитетом по экологии в ряд министерств и ведомств, причастных к проблеме уничтожения химического оружия, были направлены письма с просьбой сообщить сведения по вопросам готовности России к ратификации Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении (далее - Конвенция). В настоящее время получены ответы, анализ которых показал следующее. Первое. Для уничтожения химического оружия будут использоваться технологии, разработанные институтом ГОСНИИОХТ Минэкономики России. Открытый конкурс технологий по уничтожению химического оружия, позволяющий выбрать наиболее безопасные, в том числе для здоровья населения и окружающей природной среды, не проводился. В нарушение Федерального закона "Об экологической экспертизе" (статья 11) документация на эти технологии на государственную экологическую экспертизу не представлялась и, следовательно, положительного заключения государственной экологической экспертизы они не имеют. Кроме технологий, принятых Минобороны России, разработан ряд других технологий, в том числе РАН России, Сибирским отделением РАН и другими. По представленным данным, эти технологии позволяют свести к минимуму образующиеся отходы. Однако сравнительная оценка их технической и экологической безопасности и экономичности не производилась. Следует отметить, что ни одна из существующих в России технологий уничтожения (переработки) отравляющих веществ не прошла промышленных испытаний. Второе. Вся предпроектная и проектная документация на строительство объектов по уничтожению химического оружия не имеет положительного заключения государственной экологической экспертизы, а технико-экономическое обоснование строительства опытно-промышленного объекта уничтожения отравляющих веществ в поселке Горном Саратовской области получило отрицательное заключение. Оно содержит 36 серьезнейших замечаний. Таким образом, финансирование и строительство этих объектов противозаконно. Третье. Отсутствует какая-либо проектная документация на уничтожение или перепрофилирование (в случаях, предусмотренных Конвенцией) объектов по производству химического оружия. Четвертое. Проверка, проведенная Счетной палатой Российской Федерации (письмо ј 01-859/09 от 20 октября 1997 года), показала, что до настоящего времени не ведутся работы по подготовке объектов к уничтожению боеприпасов Военно-воздушных сил и Главного ракетно-артиллерийского управления Минобороны России в местах их хранения, а также по обеспечению готовности бывших объектов по производству химического оружия к международным инспекциям, созданию технологий и технологического оборудования для уничтожения химического оружия. Пятое. Приборов для контроля за зараженностью новейшими фосфорными отравляющими веществами (зарином, зоманом, V-газом) на уровне ПДК для населенных пунктов, а также для контроля за токсичными продуктами деструкции ОВ ни в органах государственного экологического контроля, ни в армии нет. По официальному сообщению Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации (письмо ј 566/10/4940 от 22 августа 1997 года), еще только "разрабатывается целый ряд приборного оборудования, предназначенного для обнаружения ОВ в воздухе". Однако заверения о разработке средств контроля за загрязнителями на уровне ПДК для населенных мест даются уже с 1992 года, что заставляет сомневаться в возможности завершения ее в ближайшее время. Минздрав России в настоящее время также не обладает приборами нужной чувствительности. Таким образом, в случае ратификации Конвенции уничтожение химического оружия начнется при полном отсутствии приборов, способных обнаружить отравляющие вещества в количествах, превышающих ПДК в десятки и сотни раз. Возможность обнаружения отравляющих веществ в воздухе только при концентрациях, превышающих предельно допустимые от 10 до 1000 раз, создаст реальную угрозу жизни и здоровью людей, как занятых на работах с химическим оружием, так и проживающих в зонах защитных мероприятий. Шестое. Отсутствуют методики определения зон заражения в мирных условиях при физическом разрушении специальных емкостей с отравляющими веществами и программное обеспечение методов прогноза чрезвычайных ситуаций на объекте хранения отравляющих веществ. Седьмое. Не создана законодательная база, позволяющая гарантировать конституционные права граждан на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации), на благоприятную окружающую среду и на возмещение ущерба, причиненного здоровью или имуществу экологическим правонарушением (статья 42 Конституции Российской Федерации). Действующий Федеральный закон "Об уничтожении химического оружия", к сожалению, не решает эту задачу. Находящийся в Государственной Думе проект федерального закона "О социальной защите граждан, занятых на работах с химическим оружием", внесенный Государственным Советом Чувашской Республики, горячо поддержан общественными организациями как Чувашской Республики, так и других регионов. Однако указанный законопроект в случае его принятия потребует значительных средств на выплату компенсаций гражданам, что не было учтено при расчетах стоимости уничтожения химического оружия в России. Правительство обязано взять на себя обязательства по обеспечению социальных гарантий населению, мест хранения химического оружия и будущего уничтожения химического оружия, вплоть до гарантий на отселение при желании граждан выехать из этих районов, отчего расходы на реализацию Конвенции значительно возрастут. Кроме того, до начала уничтожения химического оружия должны быть рассмотрены варианты мест возможного отселения жителей, чего они в массовом порядке справедливо требуют (обращение жителей города Щучья и Щучанского района, которое подписали более 1350 человек и руководство города и района). Несмотря на то что программой уничтожения химического оружия предусмотрено осуществлять опережающими темпами развитие инфраструктуры в районах размещения объектов по уничтожению химического оружия, средства на эти цели практически не выделялись. В связи с изложенным заявленная в письме Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1997 года сумма, требуемая для выполнения программы уничтожения химического оружия, порядка 34 триллионов рублей, не учитывает расходов на международные инспекции, то есть порядка 6 миллиардов долларов США на 10 лет, представляется существенно заниженной и требует уточнения. Это подтверждает и то, что только за один год, прошедший после утверждения Правительством Российской Федерации федеральной целевой программы "Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации" (постановление ј 305 от 21 марта 1996 года), сумма затрат в 17 триллионов рублей удвоилась. Таким образом, полученные ответы свидетельствуют, что в настоящее время Россия не только не готова к ратификации Конвенции по экологическим, экономическим и технологическим причинам, но и не может по объективным причинам участвовать в этой дорогой и опасной авантюре, чреватой тяжелыми, если не катастрофическими последствиями для миллионов россиян. Конвенцией предусмотрены жесткие сроки уничтожения химического оружия: уничтожение химического оружия категории 1 должно начаться не позднее чем через два года после того, как настоящая Конвенция вступит в силу в данном государстве (пункт 6 статьи V Конвенции), и закончиться не позднее чем через 10 лет, категории 2 и 3 - не позднее чем через один год и завершиться не позднее чем через пять лет. Уничтожение объектов по производству химикатов по списку 1 должно начаться не позднее чем через один год после вступления в силу Конвенции и завершиться не позднее чем через 10 лет после ее вступления в силу (часть V Приложения по осуществлению и проверке, с. 123), а планы уничтожения объекта представляются в Технический секретариат не позже, чем за 180 дней до начала уничтожения объекта, то есть через полгода после ратификации Конвенции. Невыполнение государством-участником взятых на себя обязательств влечет за собой применение к нему жестких санкций. В настоящее время, по данным Счетной палаты и Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации (письмо ј 566/10/4940 от 22 августа 1997 года), недополучение необходимых финансовых средств для выполнения федеральной целевой программы "Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации" привело к отставанию сроков ее реализации от двух до четырех лет. Однако в пояснительной записке, представленной Правительством Российской Федерации, отсутствует какой-либо анализ возможности соблюдения установленных сроков уничтожения химического оружия, подтверждения технической и экологической безопасности выбранных технологий, достаточности и порядка выделения средств. Отсутствует жесткий график проведения основных мероприятий по уничтожению химического оружия, сроки утверждения проектов строительства объектов по уничтожению химического оружия, выпуска и передачи соответствующим органам приборов контроля необходимой чувствительности и так далее. Сознавая опасность дальнейшего хранения химического оружия и признавая необходимость его уничтожения, Комитет Государственной Думы по экологии считает, что Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении может и должна быть ратифицирована только при соблюдении следующих условий. Первое. Проведение открытого конкурса технологий по уничтожению химического оружия и выбора технологии, наиболее безопасной для здоровья населения и окружающей природной среды. Проведение в соответствии с Федеральным законом "Об экологической экспертизе" (статья 11) государственной экологической экспертизы выбранных технологий. Второе. Утверждение проектной документации на строительство объектов по уничтожению химического оружия и по ликвидации или в случаях, предусмотренных Конвенцией, перепрофилированию объектов по производству химического оружия при обязательном наличии положительного заключения государственной экологической экспертизы. Третье. Начало промышленного (а не опытного) производства приборов контроля зараженности новейшими фосфорными отравляющими веществами (зарином, зоманом, V-газом) как воздуха рабочей зоны, так и атмосферного воздуха населенных мест с чувствительностью не ниже ПДК. Четвертое. Проведение Госкомэкологией России и Минздравом России экологического и санитарно-гигиенического мониторинга и контроля не только в зоне защитных мероприятий, но и на территории объектов по уничтожению химического оружия. Пятое. Принятие Федерального закона "О социальной защите граждан, занятых на работах с химическим оружием", обеспечивающего гарантии социальной защиты не только работающим на объектах, но и проживающим в зоне защитных мероприятий. Шестое. Опережающее строительство объектов инфраструктуры, как это и предусмотрено действующими документами. Седьмое. Уточнение стоимости выполнения программы уничтожения химического оружия с учетом всех компенсационных выплат. Восьмое. Установление жесткого графика выполнения всех работ и мероприятий по уничтожению химического оружия. Девятое. Обеспечение полной открытости информации о состоянии окружающей природной среды и гласности самого процесса уничтожения химического оружия. Уважаемые депутаты! Сегодня действительно одно из наших решений может стать исторической ошибкой - это решение о ратификации Конвенции. Понятно,что Государственная Дума сейчас стоит перед выбором одного из двух зол хранить и серьезно готовиться к грамотному, а главное, безопасному уничтожению химического оружия либо ратифицировать Конвенцию и скоропалительно его уничтожать, что чревато прежде всего порождением тысяч новых ликвидаторов (но уже не чернобыльцев) и многими экологическими катастрофами, и не только локального масштаба. Нельзя в угоду очень сомнительной политической целесообразности делать заложниками миллионы россиян, ставить под угрозу их жизнь и здоровье! Кривельская Н.В., фракция Либерально-демократической партии России. Если называть вещи своими именами, в стране сейчас налицо самая настоящая депопуляция. И особенно резко ухудшается демографическая ситуация в Сибири и на Дальнем Востоке. Примерно 60 процентов от числа умерших здесь уходят из жизни в трудоспособном возрасте. В этих регионах есть "лидеры": Алтайский и Красноярский края, Иркутская и Кемеровская области, Республики Тува, Якутия, Бурятия, Алтай. Очевидно, это не случайно: за Уралом проживает 18 процентов населения - почти 30 миллионов человек, а приходится на эти регионы лишь около 1 процента финансовых ресурсов страны. Добавьте сюда сложнейшие природные условия, наличие огромного числа производств, связанных с риском для жизни и здоровья. Если рассматривать ситуацию отдельно в Дальневосточном регионе, то в Приморском крае на протяжении последних шести лет постоянно сохраняется увеличение стоимости жизни. Ухудшение экономического положения населения края неизбежно ведет к росту криминальных проявлений и порождает незаинтересованность в создании новых рабочих мест местными предпринимателями для российских граждан. "Новые русские" теперь более охотно приглашают к себе на работу китайских и корейских специалистов в надежде использовать их средства и экономические связи. Однако, как правило, неизбежно попадают под их зависимость. Иначе говоря, преступность и ее рост - это следствие различных неблагоприятных условий и обстоятельств, связанных к тому же и с этническим фактором. Высокими темпами растет преступность в Анучинском, Пожарском, Красноармейском, Октябрьском районах края. Такое положение населения края играет не последнюю роль в вопросе религиозного выбора в Приморском крае и активно используется иностранными религиозными миссионерами. На этой почве они укрепляют позиции и расширяют свою деятельность. Так, руководитель Христианско-протестантской церкви гражданин Республики Корея Ли Сун Син в начале своей деятельности в регионе в беседах с представителями администраций, предприятий и учреждений края раздавал заведомо невыполнимые обещания по реализации масштабных экономических проектов и гуманитарных программ. Чем же эти обещания обернулись? В Приморском крае отмечается довольно сильный рост религиозных общин, возглавляемых южнокорейскими миссионерами. Первая община появилась в декабря 1991 года, а в апреле 1996 года их действовало уже 27. Центры всех этих общин находятся в Сеуле. Причем одна и та же организация регистрируется на нашей территории под разными названиями. Например, пресвитериане зарегистрировались таким образом: Христианская протестантская церковь, Владивостокская христианская церковь и другие. Некоторые религиозные общины, фактически руководимые южнокорейцами, регистрируются как руководимые (фиктивно, конечно) русскими (например, в городе Артеме и на станции Хасан Хасанского района). Другие маскируются под общественные организации. Например, в поселке Зеленый Лазовского района активно действует некое "Общество возрождения деревни", но фактически это религиозное образование. Ее руководитель Пак Ен Э так прокомментировала этот факт: "Незачем себя рекламировать". По данным газеты "Коммерсантъ-daily", ссылающейся в своей публикации на служебную записку начальника УВД Приморского края Александра Васильева губернатору Приморья, краевой Думе и представителю Президента, милицейское руководство Приморья всерьез опасается попыток создания на территории края национальной автономии корейцев с последующим ее отторжением от России. Генерал пишет: "Южнокорейские власти проводят долговременную спланированную политику, направленную на рост численности в Приморском крае корейской этногруппы, с целью последующего создания национальной территориальной автономии корейцев. В дальнейшем предусматривается выдвижение автономией требования о воссоединении в той или иной форме с родиной предков". Для практической реализации этой политики, по данным краевого УВД, южнокорейские власти намерены, действуя через Ассоциацию корейцев России, поэтапно переселить проживающих в различных регионах бывшего СССР лиц корейской национальности в Приморье. Уже сейчас в разных городах России создаются корейские религиозные общины, консолидирующие вокруг себя корейцев. Они же проводят пропагандистскую работу и среди славянского населения России, внушая им мысль об особой "духовной миссии корейской расы в планах Божественного домостроительства". По данным переписи населения 1989 года, в крае проживало 8300 корейцев (0,4 процента от общего числа населения). 1 января 1996 года корейцев в Приморье уже свыше 18 тысяч человек (0,8 процента). По приводимым в служебной записке данным Ассоциации корейцев России, к 1997-1998 годам ожидается переселение в Приморский край еще около 30 тысяч корейских семей (примерно 150 тысяч человек). По сведениям краевого УВД, организующая роль в консолидации корейских общин, их закрепления в экономике края отводится приезжающим на Дальний Восток из Южной Кореи бизнесменам, ученым, общественным деятелям и религиозным миссионерам. По оценкам экспертов Миссионерского отдела Русской православной церкви, именно южнокорейские религиозные миссионеры призваны готовить благоприятную почву в менталитете жителей края - некорейцев для предупреждения возможного негативного отношения к планируемому массовому переселению корейцев в край, которое планирует поддержать и правительство КНДР, и к возможным в связи с этим эксцессам. В условиях противостояния двух враждебных друг другу корейских государств власти КНДР намерены завезти в край максимально возможное количество рабочей силы на основе долгосрочных контрактов и создать на юге Приморья независимое корейское сообщество из числа рабочих по примеру уже существующих в Хабаровском крае, где работают лесозаготовители из КНДР. Анализ исторического опыта международных отношений в Дальневосточном регионе позволяет предположить за южнокорейской долговременной программой интересы не столько Южной Кореи, сколько Японии, давно уже имеющей территориальные претензии к России и не скрывающей этого. После неудачи в попытке политического решения вопроса о передаче Южных Курил Япония, судя по всему, решила приобрести значительно больший кусок российской территории, но уже другими путями. Япония уже неоднократно решала свои проблемы руками Южной Кореи. Подтверждает это и информация о неоднократных контактах японских спецслужб с руководством одной из псевдохристианских деструктивных религиозных организаций. Руководству этой организации поручена работа с казачеством, и в первую очередь с дальневосточным казачеством, которое в условиях всеобщей дестабилизации является в этом регионе сильной стабилизирующей силой и серьезным сдерживающим фактором на пути осуществления их планов. На пресс-конференции для журналистов местных и центральных средств массовой информации по итогам деятельности Магаданского управления Федеральной службы безопасности за 1996 год начальник управления Г.Н.Елизаров подчеркнул, что все больший интерес к экономике области, богатейшей по запасам разнообразных минеральных ресурсов, проявляют разведки США, Японии, Китая, Южной Кореи. В этих целях ими используются и крепнущие научно-технические, культурные и гуманитарные контакты Дальневосточного и северных регионов России с заграницей. В текущем году в этой связи за пределы области сотрудники местного ФСБ выдворили, в частности, 15 иностранцев, занимавшихся совсем не тем видом деятельности, которую они декларировали по приезде. Выявлены также три профессиональных разведчика из-за кордона. Отвечая на вопросы корреспондента "Российской газеты", организаторы пресс-конференции согласились: вполне возможно, что на территории региона для целей разведки иностранных государств используются некоторые деятели чрезмерно расплодившихся у нас зарубежных религиозных сект и конфессий. Анализ поступающей информации заставляет не упускать из виду и тот факт, что в Приморском крае в отдельных роддомах была обнаружена неизвестная инфекция предположительно "импортного" происхождения. Кроме того, у многих девушек, постоянно занимающихся любовью с китайцами, стали появляться венерические заболевания, вылечить которые с помощью отечественных лекарственных препаратов невозможно. Как выяснилось, у китайцев иной состав крови и для них эта венерическая болезнь безопасна, то есть они являются только носителями и распространителями ее. Отсюда не исключено, что данная болезнь "выведена" искусственно для обеспечения возможной экспансии Китая. Известно, что в Китае разработан план заселения отдельных территорий бывшего СССР китайскими поселенцами численностью в 80 миллионов человек. Очень активна в Дальневосточном регионе и "Церковь Объединения" Муна. В Приморском крае, кроме Владивостока, муниты пытаются внедриться в следующих городах: Находка, Арсеньев, Артем. Для усиления активности секты во Владивосток был направлен на постоянное место жительства корреспондент южнокорейской газеты "Сече-Тайм", которая является рупором церкви Муна. С огромным упорством муниты пытаются зарегистрировать свой устав. Однако из-за несоответствия устава законодательству Российской Федерации на очередном заседании (27 июня 1996 года) экспертно-консультативного совета по свободе совести и вероисповедания при администрации края церковь Муна в третий раз не была рекомендована к регистрации в управлении юстиции администрации края. Поэтому мунитам пришлось отступить от четкой и привычной схемы внедрения и начинать с регистрации своих светских организаций, таких, как: "Женщины за всеобщий мир", "Вузовская ассоциация по изучению принципа" (студенческая организация), "Федерация семей за мир во всем мире". Несмотря на свое нестабильное положение, муниты ведут себя достаточно агрессивно. Они настойчиво добиваются разрешения вновь арендовать помещение в музее города Арсеньева, откуда их выдворили в 1994 году. Также последователи Муна давно настроены завоевать школы Приморского края, как это им удавалось почти повсеместно в России. По данным газеты "Владивостокское время" (ј 48 за 1994 год), миссионеры Муна негласно уже преподавали свой курс "Мой мир и я" во всероссийском детском центре "Океан", а также в одной из школ бухты Врангеля читали свои лекции 10-12-летним школьникам. Религиозная ситуация в Камчатской области также очень далека от спокойной и нормальной и тесно связана с общей социально-политической обстановкой на полуострове и характеризуется следующими объективными факторами: постоянный отток русскоязычного населения и приток корейских мигрантов; постепенный отток наиболее высокоинтеллектуальной части населения, вызванный многомесячными задержками заработной платы лицам интеллектуальной сферы труда (ученые, инженеры, писатели, преподаватели), сокращением рабочих мест, закрытием ряда научно-исследовательских учреждений, следствием чего является понижение среднего интеллектуального уровня населения; в силу стратегически важного геополитического положения Камчатки западные транснациональные компании, зарубежные политические группировки и правительства некоторых иностранных государств вкладывают значительные финансовые средства в политическое освоение полуострова, установление там своего влияния, при этом работа ведется через иностранные религиозные организации; ряд действующих на Камчатке новых религиозных организаций, в том числе деструктивного характера, пользуется активной поддержкой местных государственных чиновников, в частности, в газете "Камчатское время" неоднократно публиковались статьи (например, Марии Владимировой, и не только), обращающие внимание на активную поддержку сектантов советником губернатора области по связям с общественными, политическими и религиозными организациями Николаем Дементьевым, публично безапелляционно заявлявшего, что "тоталитарных сект на Камчатке нет"; обострение националистических настроений в Корякском автономном округе, замешанное на местных религиозных языческих верованиях. В Сахалинской области только зарегистрированных религиозных организаций в конце 1996 года насчитывалось 51. Местные сектанты уделяют пристальное внимание высшим и средним учебным заведениям, тесно сотрудничают с представителями местной власти и таможенными службами острова. Работа со службами таможни острова позволяет сектантам беспошлинно или в режиме льготного пошлинного обложения перевозить на Сахалин товары общественного потребления, видеотехнику, компьютеры, средства транспорта и продукты, что создает для них необходимую материальную базу. Подавляющая часть "пасторов" - граждане США и Кореи с двойным гражданством. Они активно участвуют в коммерческих предприятиях на Сахалине. Протестантские секты способствуют заселению острова представителями корейской национальности, которые скупают земли, создают российско-корейские и российско-американские совместные предприятия и организации, которые в свою очередь активно финансируют сектантскую миссионерскую деятельность. Не так давно сектанты выступили с предложением создать свой собственный рыболовецкий флот на Сахалине. И, что интересно, это предложение поддержали отдельные депутаты и представители власти острова на местах. Естественно, что в случае осуществления ими задуманной компании с рыболовецким флотом они смогут контролировать вопросы, связанные с трудоустройством, что чревато возможным всплеском роста их общин. Уже сейчас трудоустройство в некоторых сферах частного бизнеса осуществляется по конфессиональному признаку. Характер деятельности миссионерских южнокорейских религиозных групп зачастую имеет антироссийскую направленность. В своих проповедях они занимаются неприкрытой антироссийской пропагандой. Так, например, во время посещения священником РПЦ Олегом Стеняевым 12 августа 1996 года собрания религиозной организации "Грейс" ("Благодать", город Южно-Сахалинск, улица Вокзальная, дом 55, "Клуб железнодорожников") он наблюдал, как в течение полутора часов проповедник Сон Дем Сун пытался доказать слушателям в проповеди, озаглавленной "Сотворим новый мир", что "Россия - спившаяся страна, где от Президента до последнего безработного все злоупотребляют алкоголем". Далее он говорил о том, что жители Сахалина должны все сделать для того, чтобы их остров "стал цветущим садом, отделенным от остального грешного мира". Местные средства массовой информации неоднократно сообщали о причастности иностранных "пасторов" к сбору чисто шпионской информации о деятельности военных заводов и военных баз стратегического значения. Особенно настораживающим фактором является то обстоятельство, что на острове с населением 650 тысяч человек уже сейчас действуют две миссионерские семинарии, одна - адвентистская, другая - пресвитерианская. Многие молодые сахалинцы проходят обучение и стажировку в "миссионерских" центрах Кореи и США. Студенты "семинарий" рассказали о том, что многие из них вступили в секту в надежде трудоустроиться, выехать на стажировку в Корею и США, получить бесплатное образование, стипендию или для того, чтобы уклониться от воинской службы в российской армии. Чаще всего приезжающие в Россию южнокорейские пасторы не несут с собой абсолютно никакой провозглашаемой ими духовности. В мотивации деятельности южнокорейских проповедников может быть все, что угодно, только не действительно духовные цели. И примером может служить деятельность гражданина Республики Кореи пастора-миссионера Христианско-протестантской церкви Ли Сун Сина, временно проживающего в городе Артеме. Ли Сун Син, прибывший в Приморский край в 1992 году для ведения религиозной работы, миссионерскую работу активно сочетает с бизнесом. В 1993 году пытался создать в городе Артеме некий "Институт корейской нации". Широко разрекламировал это начинание, чем ввел в заблуждение население города. Организовал презентацию несуществующего учебного заведения, на которой присутствовали официальные лица городской администрации, местные корейцы, граждане Республики Кореи и представители средств массовой информации. Администрации города Артема он безосновательно заявлял, что Республика Корея выделит финансовые средства для организации учебного процесса. Настаивал на регистрации "Института корейской нации" в Министерстве образования России. В Республике Корее издал и ввез в Приморский край рекламные справочники "Института корейской нации". В этом издании объекты муниципальной собственности города Артема выдавались за принадлежащие несуществующему институту. Такие действия Ли Сун Сина вызвали негативную реакцию администрации и населения города Артема. В местной газете "Выбор" была опубликована статья, где поведение миссионера оценивалось как граничащее с мошенничеством. Ли Сун Син часто выезжает в различные города и районы Приморского края. В беседах с представителями администраций, предприятий и учреждений раздает заведомо невыполнимые обещания по реализации масштабных экономических проектов. Этим компрометирует взаимовыгодное сотрудничество между Россией и Республикой Кореей. 13 мая 1994 года в городе Уссурийске Ли Сун Син был задержан органами милиции и подвергнут штрафу за нарушение установленных для иностранцев правил передвижения по территории России. При задержании он заявил о своей причастности к некой "миссионерской полиции", предъявил документы и жетон этой не зарегистрированной в Приморском крае организации. Начальник милиции города Артема провел с Ли Сун Сином беседу и предупредил миссионера о недопустимости деятельности, которая ему официально не разрешена. Однако правильных выводов для себя гражданин Республики Кореи не сделал. Внушают тревогу сведения о том, что Ли Сун Син установил контакт и развивает отношения с преступным авторитетом города Артема российским корейцем по кличке Седой, собирается сотрудничать с ним по вопросам бизнеса. При этом пастор знает, что Седой представляет криминальные структуры. Это может привести к втягиванию миссионера в преступную деятельность и дальнейшим непредсказуемым последствиям. Поведение Ли Сун Сина выходит за рамки официально разрешенной ему религиозной работы, а связи с преступными элементами открывают подлинное лицо миссионера. Подытоживая все вышесказанное, можно предположить такой сценарий осуществления японскими спецслужбами тайной долговременной операции, направленной на отсоединение от России Дальневосточного региона: завоевание ключевых позиций в экономике Дальневосточного региона путем инвестирования в нее значительных финансовых японских и южнокорейских капиталов; работа на дестабилизацию экономики Дальневосточного региона и ухудшение уровня жизни русскоязычного населения с целью инициирования вынужденного оттока русскоязычного населения; организация массового переселения в Дальневосточный регион лиц корейской национальности, для которых на месте создаются более благоприятные условия проживания, чем для остального населения, а при достижении определенного процентного уровня корейцев в общем населении планируется создание корейской автономии; усиленное муссирование в средствах массовой информации темы негативного влияния Москвы на экономику региона: говорится (пока достаточно ненавязчиво), что отделение от России принесет только пользу региону и превратит его в цветущий сад; в регионе активнейшим образом внедряются под самым разным видом южнокорейские религиозные организации, одной из задач которых является создание благоприятного менталитета населения региона к усилению влияния Японии и Южной Кореи в регионе; постепенное вытеснение из региона Русской православной церкви как одного из гарантов стабильности в регионе и сдерживающего фактора на пути осуществления южнокорейскими и японскими спецслужбами их планов, особенно тяжелая ситуация сложилась в Камчатской и Сахалинской областях, в Корякском автономном округе уже приходится всего 1-3 православных на 100 жителей; известен факт, когда чиновнику из Госкомсевера, попытавшемуся провезти в Корякский автономный округ ящик православной литературы, этого сделать не позволили; создание таких материальных условий для работников интеллектуального труда, которые вынуждали бы их уезжать насовсем из региона, так как, чем меньше среднестатистический интеллектуальный уровень населения, тем меньше шансов у южнокорейских функционеров встретить на своем пути серьезное сопротивление; разжигание сепаратистских настроений в среде национальных меньшинств региона, особенно высокого уровня достигли такие настроения в Корякском автономном округе, где усиленно приветствуются антирусские настроения, требования выплаты Москвой некой компенсации за 300-летнее российское владение Камчаткой.
Цвет настроения