Обзор практики ВС от 27.10.2021
Статья 25
- Состояние
- Состояние уточняется
- Документ
- Обзор практики ВС
Источник: Верховный Суд Российской Федерации
25. Имущественные последствия расторжения договора лизинга могут
быть урегулированы по соглашению сторон в установленных законом
пределах свободы договора.
Предмет договора лизинга (автобус), находившийся во владении
лизингополучателя, был умышленно уничтожен неустановленным лицом в
результате поджога.
Лизингодатель (компания) и лизингополучатель (предприниматель)
дополнительным соглашением к договору лизинга определили последствия
расторжения договора, предусмотрев размер денежных средств, подлежащих
перечислению лизингодателем лизингополучателю. Данная сумма была
фактически получена лизингополучателем.
В то же время, полагая, что имеет место скрытое включение лизингодателем
в состав периодических лизинговых платежей выкупной стоимости
транспортного средства, хотя оно и остается в собственности лизингодателя до
момента выкупа после оплаты всех платежей по договору, лизингополучатель
обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании
аванса по договору лизинга и части уплаченных при исполнении
договора денежных средств.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения
постановлениями суда апелляционной инстанции и арбитражного суда округа,
требования удовлетворены частично. Признав выкуп и, как следствие, переход
права собственности на предмет лизинга несостоявшимися, суды пришли к
выводу, что у компании отсутствовали основания для удержания денежных
средств, которые фактически представляли собой выкупную цену предмета
лизинга, включенную в состав периодических лизинговых платежей.
Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила
указанные судебные акты и отказала в удовлетворении требований по следующим
основаниям.
Определение завершающей обязанности лизингодателя было осуществлено
сторонами по условиям дополнительного соглашения к договору лизинга не в
соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 3–3.6 постановления
Пленума ВАС РФ № 17, что, однако, не противоречит принципу свободы
договора, потому что данные разъяснения не относятся к императивным нормам.
В связи с этим отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений
само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых
сторонами договоренностей.
В дополнительном соглашении, заключенном после гибели автобуса,
стороны фактически договорились о том, что ввиду гибели предмета лизинга
расчеты между сторонами осуществляются так, как если бы право собственности
на предмет лизинга перешло к лизингополучателю.
В силу положений статьи 669 ГК РФ и статьи 22 Закона о лизинге риск
гибели предмета лизинга, по общему правилу, лежит на лизингополучателе.
Если принять во внимание, что в момент гибели предмет лизинга находился
в сфере имущественной ответственности лизингополучателя, такое распределение
убытков при прекращении договора, в результате которого компания получает от
предпринимателя те имущественные предоставления, как если бы договор
лизинга был исполнен надлежащим образом, не может рассматриваться
как нарушающее грубым образом баланс интересов сторон и ущемляющее
интересы
слабого
контрагента
(предпринимателя).
Таким
образом,
обязательство, установленное дополнительным соглашением, подлежит
исполнению на основании статьи 309 ГК РФ.
Поскольку последствия расторжения договора лизинга урегулированы
соглашением
сторон
и
отсутствуют
основания
для
вывода
о нарушении пределов свободы договора, у суда не имелось
оснований квалифицировать спорную денежную сумму в качестве
неосновательного обогащения компании, правомерно получившей денежные
средства.
Определение № 310-ЭС15-4563